Гонконг: официальный отчет о самоубийстве китайского диссидента в провинции Хунань не вызвал никакого доверия

Официальный отчет о самоубийстве китайского диссидента, обнаруженного в петле через четыре дня после интервью гонконгской телекомпании Cable TV, не вызвал никакого доверия у гонконгских политиков и общественности.

Пекин без особого успеха приложил большие усилия, чтобы доказать, что истощенный болезнью заключенный, страдавший потерей зрения и слуха, мог повеситься без постороннего участия.

62-летний Ли Ванъян (李旺陽), отсидевший в тюрьме около 21 года, был найден мертвым в палате больницы района Дасян (Daxiang) города Шаоян, расположенного примерно в 1600 км на юг от Пекина. Тело обнаружили его сестра Ли Ванлин и ее муж Чжао Баочжу (Zhao Baozhu), пришедшие утром 6 июня на обычное свидание. Он висел на оконной ручке с бинтами вокруг шеи.

Это произошло через два дня после того, как отмечалась 23-я годовщина расправы на площади Тяньаньмэнь. И через три дня после этой подозрительной смерти, 9 июня, тело Ли Ванъяна было поспешно кремировано, причем семью об этом не уведомили.

До того, как занять пост председателя автономной федерации рабочих Шаояна, которая организовывала забастовки и митинги, Ли Ванъян был рабочим на цементном заводе. В 1989 году он поддержал студенческие демонстрации в Пекине, жестоко подавленные армией. 9 июня 1989 года он был арестован по обвинению в aктивном участии в контрреволюционной группировке” и отсидел 11 лет в тюрьме №6 “Лунси” и тюрьме №1 “Юаньцзянь” провинции Хунань.

Когда Ли Ванъян освободился по медицинским показаниям в июне 2000 года, он страдал серьезной болезнью сердца, гипертиреозом, заболеваниями шейных позвонков. Он почти лишился слуха и зрения на левый глаз.

6 мая 2001 года вслед за 22-дневной голодовкой, которую Ли Ванъян провел в знак протеста против бездействия чиновников, его снова взяли под стражу. 11 июня ему предъявили обвинение в подстрекательстве к свержению государственной власти”. 5 сентября 2001 года он был приговорен судом средней ступени Шаоян к 10-летнему заключению. Его лечение было прекращено, а дом снесен.

После того, как он вернулся в тюрьму, его сестра Ли Ванлин за интервью Voice of America и Radio Free Asia была отправлена в лагерь трудового перевоспитания на три года.

Ли Ванъян снова вышел на свободу 5 мая 2011 года. "Он потерял зрение и слух. Из-за длительных пыток он не мог ходить, страдал от диабета и сердечной недостаточности, и почти все время проводил в постели”, - рассказал NBC News его друг, местный учитель Хуан Лихун (Huang Lihong). Однако за последние 12 месяцев "его здоровье улучшилось и он был полон надежд; он был счастлив, когда мы сказали, что убеждены в том, что движение 1989 года вскоре добьется пересмотра".

В интервью, вышедшем в эфир гонконгского канала i-CABLE 4 июня, когда во всем мире вспоминали о резне на Тяньаньмэнь, Ли Ванъян описал пытки, которым подвергался в заключении. "У них в тюрьме специальные наручники – меньше, чем запястья, - рассказал он. – Они меня постоянно заковывали; это было похоже на то, как будто мне руки сжимали щипцами. Когда они так делали, я едва не лишался сознания и ничего не видел”.

В том двухминутном интервью Ли Ванъян, выглядевший физически истощенным, сказал: "Каждый человек несет свою долю ответственности за судьбу своей страны. Я не боюсь смерти, если это ускорит процесс перехода Китая в состояние многопартийного и демократического общества".

На вопрос о манифестации со свечами, проходящей в гонконгском парке в годовщину трагедии на площади Тяньаньмэнь, он ответил, что "надеется, что мемориальная акция Гонконга распространится на весь Китай".

Вплоть до самой смерти Ли Ванъян оставался несгибаемым диссидентом. "Когда я навестил его 4 июня, все было отлично", - сообщил NBC News его бывший одноклассник Чжу Чэнчжи (Zhu Chengzhi). "Мы разговаривали о разных вещах – например, что иностранные послы покидают Сирию. Он был в хорошем настроении и показался мне более открытым, чем в мае того года, - отметил он. – Как его старый друг, я не верю, что он покончил с собой”.  И за день до смерти, сказал Чжу Чэнчжи, он просил сестру купить ему радиоприемник, чтобы слушать новости. Потом Чжу Чэнчжи был вынужден уехать из города, чтобы избавить 97-летнюю мать от постоянных домогательств.

Около 25 тысяч человек вышли 10 июня на шествие протеста в Гонконге, пройдя от парка Chater Garden в районе Central до представительства центрального правительства в районе Western. Как сообщало гонконгское радио RTHK, демонстранты, одетые в черное, говорили, что не верят в версию самоубийства. 12 июня правозащитная организация Amnesty International, объявившая в свое время Ли Ванъяна узником совести, обратилась к всекитайскому собранию народных представителей с открытым письмом, в котором призвала провести тщательное и независимое расследование обстоятельств его смерти. 14 июня правительство провинции Хунань объявило о начале проверки материалов о смерти Ли Ванъяна с привлечением экспертов из-за пределов провинции.

12 июля появился официальный отчет управления общественной безопасности провинции Хунань, подтвердивший данные предварительного следствия, что Ли Ванъян повесился сам.

В документе, опубликованном агентством Hong Kong China News, говорится, что на задвижке больничного окна были обнаружены отпечатки его пальцев. Вскрытие показало, что ранения на трупе соответствуют самоубийству и не имеется синяков, повреждений органов и других следов борьбы. А люди, зафиксированные камерой наблюдения в холле перед его палатой во время его смерти, были сотрудниками или посетителями, пришедшими к другим пациентам.

Заместитель председателя китайского общества судебной медицины Кун Бинь (Cong Bin), участвовавший в официальной проверке в провинции Хунань, заявил в беседе с двумя корреспондентами гонконгских телеканалов в Пекине, что Ли Ванъян дважды пытался повеситься в тюрьме – первый раз в 2008-м на кусках ткани, и еще раз в 2010-м, воспользовавшись шнурками. Кун Бинь также указал на приведенные в отчете данные, позволяющие предполагать, что Ли Ванъян взобрался на кровать, находящуюся рядом с окном, на котором он висел.

Однако этот отчет противоречит заявлению местных чиновников, сделанному вслед за 25-тысячным протестом в Гонконге, что его смерть стала результатом "несчастного случая". Бинты, из которых Ли Ванъян должен был смастерить петлю, превратились в полосы белой ткани, оторванные от простыни. Местный патолог считает, что повреждение шейных позвонков является “весьма проблематичным” доказательством самоповешения.

Далее, сестра и ее муж говорили, что не давали согласия на кремацию, а потом куда-то исчезли. Агентство Hong Kong China News показало записку, написанную якобы месяц назад, в которой говорится, что они считают дело улаженным и не хотят новых контактов с внешним миром. Активист Тан Цзинлин (Tang Jingling), располагающий письменным обращением Ли Ванлин за юридической консультацией, сомневается в подлинности ее подписи. По его словам, подпись “совершенно отлична по линиям почерка” от того, что он видел ранее, а значит, записка “не была подписана самой Ли Ванлин”.

Лидер Либеральной партии Мириам Лау (Miriam Lau) подчеркнулa, что официальный отчет о самоубийстве не убедил ее, что Ли Ванъян покончил с собой. Она отметила, что на основании того, что известно, нельзя "с полной ответственностью" прийти к выводу, что с ним разделались, то есть практически назвала это убийством. Депутат всекитайского собрания народных представителей от Гонконга призвала материковых чиновников провести дополнительное изучение обстоятельств его кончины.

13 июля два члена Лиги социал-демократов (LSD) передали в канцелярию по письмам и обращениям граждан в Пекине жалобу с требованием провести тщательное расследование смерти диссидента, а также петицию граждан, под которой собрано 4 тысячи подписей.

Как сообщили Как Ло Хом-чау (Lo Hom-chau) и Чань Юй-нам (Chan Yu-nam), петицию у них не приняли, сказав, что они могут идти с этими подписями куда угодно. Несмотря на милицейские хвосты и запрет на общение с прессой, они решили вылететь в провинцию Хунань, чтобы связаться с сестрой покойного Ли Ванлин (Li Wangling) и ее мужем. Их не видели уже несколько недель, а пока они не заявили публично, что удовлетворены исходом дела, сомнения остаются.

Материковые активисты намерены продолжать розыски Ли Ванлин и ее мужа, а также потребовать прекращения преследований адвокатов и друзей диссидента, включая Чжу Чэнчжи, сказал правозащитник Ху Цзя. Между тем председатель Гонконгского альянса в поддержку патриотических демократических движений в Китае Ли Чхек-янь (Lee Cheuk-yan) пригласил австралийского патолога проверить отчет провинциальных чиновников.